Вернувшись на крейсер, командир
«Варяга» собрал офи-
церов,
объявил им о начале военных действий и дал соот-
ветствующие
инструкции. Офицеры единогласно
приняли
решение
в случае неудачи взорваться и ни в каком случае
не
сдаваться в руки неприятеля.
Производство взрыва было поручено
ревизору крейсера
мичману
Черниловскому-Сокол.
По окончании обеда команды ее
вызвали наверх, и ко-
мандир
обратился к ней приблизительно с такими словами:
«Сегодня получил письмо японского
адмирала о начале
военных
действий с предложением оставить рейд до пол-
дня.
Безусловно мы идем на прорыв и вступим в бой с эс-
кадрой,
как бы она сильна ни была. Никаких вопросов о
сдаче не
может быть — мы не сдадим крейсера, ни самих
себя и
будем сражаться до последней
возможности и до
последней
капли крови. Исполняйте ваши обязанности точ-
но,
спокойно, не торопясь, особенно комендоры, помня, что
каждый
снаряд должен нанести вред неприятелю. В случае
пожара
тушить его без огласки, давая мне знать...»
Взрыв энтузиазма был поразительный, отрадно было
видеть
проявление такой горячей любви к своему... отече-
ству и
выражение готовности сражаться до последней кап-
ли крови.
В 11 часов 20 минут утра
крейсер снялся с якоря и,
имея в кильватере лодку «Кореец», пошел к
выходу с рей-
да, причем музыка при проходе мимо
военных судов играла
национальные гимны. На иностранных судах
были коман-
ды во фронте с офицерами и вызваны
караулы, отдававшие
честь при проходе «Варяга»; итальянцы
сыграли русский
гимн.
498
Впоследствии
иностранцы говорили о величии этой ми-
нуты; по их словам, они переживали
трудный момент, про-
вожая людей, идущих на верную смерть. По
мнению ино-
странцев, принять вызов на бой с эскадрой во много
раз
сильнейшей — это подвиг, на который не
всякий решится,
и «Варяг» был ими обречен на гибель при
всех комбина-
циях, особенно же при совместном
действии с лодкой «Ко-
реец», малый ход коей стеснял «Варяга»,
а пушки старой
системы не достигали
цели.
Японская эскадра под
командой контр-адмирала
Уриу
в составе шести крейсеров: «Азама»,
«Нанива», «Такачиха».
«Чайода», «Акаши», «Ниитока» — и
восьми
миноносцев
расположилась... от острова Ричи к северному проходу,
прикрывая оба выхода в море. Миноносцы
держались около
своих судов.
Сведения о числе и названии
судов были получены с
английского крейсера после боя. Японский
адмирал предло-
жил сигналом сдаться, но командир
«Варяга» не счел нуж-
ным отвечать, и тогда, в 11 часов 45
минут, с крейсера
«Азама» грянул первый выстрел из
8-дюймового орудия,
вслед за которым вся японская эскадра открыла огонь.
Крейсер «Варяг» в свою очередь по выхода
с нейтрального
рейда, произведя пристрелку, открыл огонь
на расстоянии
45 кабельтов.
Один из первых японских
снарядов попал в
крейсер,
разрушил верхний мостик, произведя пожар
в штурманской
рубке, перебил фок-ванты, причем был убит
младший штур-
манский офицер мичман граф Алексей Нирод,
определявший
расстояние дальномером, и все дальномерщики станции
№ 1 убиты или ранены (по окончании боя нашли руку
графа Нирода с дальномером, ребро и
внутренности упали
на орудие № 2). Смерть молодого офицера
произвела удру-
чающее на всех впечатление; чудный человек, отличный
человек, подававший большие надежды в будущем,
был
особо ценим командиром, и потеря графа
Алексея Михай-
ловича была для него истинным горем.
После этого выстре-
ла снаряды начали попадать в крейсер
чаще, а падавшие
около, разрываясь при ударе о воду,
осыпали осколками и
разрушали надстройки и
шлюпки.
Последующими выстрелами было
подбито
6-дюймовое
орудие, вся прислуга орудия и подачи
убита или ранена;
одновременно ранен плутонговый командир
мичман Губо-
нин, отказавшийся идти на перевязку и продолжавший
командовать плутонгом, пока, обессилев,
не упал (рапа
оказалась серьезной — разбита чашка
ноги).
Непрерывно следовавшими снарядами был произведен
пожар на
шканцах, потушенный стараниями ревизора мич-
мана
Черниловского-Сокол, у которого осколки
снарядов
изорвали
бывшее на нем платье. Пожар был серьезен, так
как
горели патроны с бездымным порохом, палуба и вельбот
№ 1
(деревянный).
Возгорание произошло от снаряда,
разорвавшегося на па-
лубе,
при этом подбиты: 6-дюймовые орудия .№№ 8,9; 75-
миллиметровые
№№ 21,22; 47-миллиметровые №№ 27, 28.
Другими снарядами почти снесен боевой грот-марс,
уничтожена
дальномерная станция № 2, подбиты
орудия
№ 31 и
32, а также произведен пожар в рундуках броне-
вой
палубы, вскоре потушенный;
кроме того, подбиты
6-дюймовые
орудия №№ 4, 5; 75-миллиметровые №№ 17,
19,
20.
При переходе траверза острова
Иодольми снаряд пере-
бил
трубку, в которой проходили все
рулевые
приводы;
одновременно
с этим осколками другого снаряда, разорвав-
шегося у
фок-мачты, влетевшего в проход
боевой рубки,
был
контужен и ранен в голову командир крейсера, убиты
наповал
стоявшие рядом с ним по обеим
сторонам штаб-
горнист
и барабанщик, ранен в спину тут же стоявший ру-
левой
старшина Снигирев (не заявил о ране до конца боя,
оставаясь
при исполнении своей обязанности, рана оказа-
лась
впоследствии средней тяжести). Одновременно ранен
в обе
руки ординарец командира квартирмейстер Чибисов
(завязал раны платком, чтобы остановить
льющуюся кровь,
и
отказался идти на перевязку, говоря, что, пока жив, не
покинет
ни на минуту своего командира). Этим же снаря-
дом
выведены две пушки (около боевой рубки) и кроме вы-
шеупомянутых убиты четыре человека и один ранен из
прислуги этих пушек. Управление крейсером
было немед-
ленно переведено на ручной штурвал в
румпельное отделе-
ние, но при громе выстрелов приказания в
румпельное от-
деление и ответы обратно были почти
неслышны — приш-
лось управляться машинами. Это управление
было крайне
затруднительно, так как крейсер плохо
слушался, будучи
на сильном течении; необходимо добавить,
что в недалеком
расстоянии с обеих сторон были камни и
отмели. В 15 ча-
сов 25 минут сдвинулся с места котел №
21, давший течь,
в 12 часов 25 минут показалась течь в
угольной яме № 10
от пробоины, в 12 часов 30 минут то же —
в № 12.
В 12 часов 45 минут, желая
выйти на время из сферы
огня, чтобы по возможности исправить
рулевой привод и
потушить возникшие в разных местах
пожары, стали раз-
ворачиваться машинами и, так как крейсер
плохо слушался
и ввиду близости острова Иодольми, дали
задний ход (крей-
сер поставило в невыгодное положение
относительно остро-
ва в то время, когда был перебит рулевой
привод при по-
ложенном «лево руля»). Расстояние до
неприятеля умень.
шилось, огонь его усилился, и попадание
увеличилось.
Приблизительно в это время
снаряд большого калибра
прооил левый борт под водой, в огромное
отверстие хлыну-
ла вода, и третья кочегарка стала быстро
наполняться во-
дой, уровень которой подходил к топкам
(вода вливалась в
кочегарку через открытые двери угольной
ямы, из которой
брали уголь). Кочегарные квартирмейстеры
Жигарев и Жу-
равлев задраили угольную яму, чем
прекратили доступ во-
ды в кочегарку; работу эту они выполнили
с замечательной
самоотверженностью и хладнокровием. Старший офицер
капитан 2 ранга Степанов со старшим
боцманом Харьков-
ским под градом осколков снарядов подвели
пластырь. Хо-
тя вода все время выкачивалась и уровень
стал понижать-
ся, тем не менее крейсер продолжал
крениться на левый
борт.
Снарядом, прошедшим через
офицерские каюты и разру-
шившим их, была пробита палуба и зажжена
мука в про-
визионном отделении. Пожар удалось
приостановить с боль-
шим трудом мичману Чернидовскому-Сокол со
старшим
боцманом Харьковским. Вслед за тем перебиты коечные
сетки на шкафуте над лазаретом, причем
осколки попали
в лазарет, а койки в сетках загорелись,
пожар быстро поту-
шили.
Значительные повреждения,
полученные крейсером, ли-
шили его возможности идти далее и
заставили выйти из
сферы огня на более продолжительное время, почему и
пошли на рейд, продолжая стрелять
оставшимися орудия-
ми
кормы. Командир крейсера пошел на рейд в надежде
исправить
повреждения насколько возможно, чтобы вновь
вступить
в бой.
Когда крейсер приближался к
якорному месту, японцы
прекратили
огонь ввиду опасности для иностранных судов
и
преследовавшие крейсера вернулись к эскадре за острой
вом
Иодольми. Расстояние настолько увеличилось, что про-
должать
огонь было бесполезно, почему его прекратили в
12 часов
45 минут.
Во втором часу, став на якорь на
прежнем месте, при-
ступили
к осмотру и исправлению
повреждений, подвели
второй
пластырь и развели оставшуюся команду по оруди-
ям в
ожидании возможного нападения неприятельской эс-
кадры в
4 часа на рейде.
По осмотре крейсера кроме
перечисленных выше пов-
реждений
оказались еще следующие:
1) все 47-миллиметровые орудия негодны к
стрельбе;
2) еще 5 орудий 6-дюймового
калибра получили различ-
ные
серьезные повреждения,
3) семь 75-миллиметровых
совершенно повреждены
в
накатниках,
компрессорах и других местах;
4) разрушено верхнее колено
третьей дымовой трубы;
5) обращены в решето все
вентиляторы и шлюпки;
6) верхняя палуба пробита во
многих местах;
7) разрушено командирское
помещение; .
8) поврежден
фор-марс;
9) найдено еще четыре пробоины, а
также много других
повреждений.
Машина сохранилась благодаря
броневым крышкам,
также и
шахты подачи, хотя прислуга, стоявшая около них,
почти
вся пострадала.
Электричество действовало все
время без отказа. В те-
чение
часового боя выпущено 1105 снарядов, коими нане-
сено
японской эскадра достаточно повреждений: та крейсе-
ре
«Азама» разрушен мостик и произведен на нем пожар,
причем
«Азама» временно прекратил огонь.
Кормовая башня его, по-видимому, была повреждена,
так как
прекратила стрельбу до конца боя. Во время взры-
ва
мостика убит командир крейсера.
Впоследствии выяснилось:
утонул миноносец и один из
крейсеров получил столь серьезные
повреждения, что зато-
нул на пути в Сасебо, имея раненых с эскадры, взятых
после боя для доставки в госпиталь.
Крейсер «Чайода» чи-
нился в доке, так же как и крейсер
«Азама». После
боя
японцы свезли в бухту 30
убитых.
офицеров, английского офицера,
возившего протест
япон-
скому адмиралу, в Шанхае из японских и
английских ис-
точников, также через посредство нашей
миссии в Сеуле
и официального донесения нашего
посланника в Корее.
С момента выхода с рейда
мореходная канонерская лод-
ка «Кореец» держалась соединенно, но ее
выстрелы внача-
ле не могли быть действительны,
вследствие недолета сна-
рядов, и потому стрельба была прекращена
до сближения
с эскадрой. «Кореец» не получил никаких
повреждении и
не имел никакой потери в людях — ясно,
что все внимание
японцев было обращено на «Варяг», по
уничтожении коего
502
предполагали быстро покончить с лодкой.
Но окончании
боя «Кореец» возвратился на рейд
одновременно с «Варя-
гом».
Иностранные суда, несмотря на готовность к уходу
с
рейда, прислали немедленно шлюпки с
врачами и санита-
рами для перевозки раненых. Шлюпки имели
на носовых
флагштоках флаг Красного
Креста.
Действие японских снарядов
кроме большого разруше-
ния судна производит значительный урон в
личном соста-
ве; от дробления снарядов на мелкие куски получались
ужасные раны. Некоторые люди были покрыты сплошь
впившимися в них мелкими
кусками.
По произведенной проверке
людей оказалось:
убиты-
ми — мичман граф Нирод и нижних чинов —
31; ране-
ных — 6 офицеров, контужен и ранен в
голову командир
крейсера капитан 4 ранга Руднев, контужен
старший офи-
цер капитан 2 ранга Степанов, тяжело
ранен в ногу мич-
ман Губонин, ранены легко — мичманы
Лобода, Балк и
Шиллинг. Раненые офицеры отказались от
перевязки, ос-
таваясь все время на' своих местах, они
согласились сделать
перевязку только по окончании перевязки
нижним чинам,
и то уже будучи на иностранных судах.
Нижних чинов ра-
нено
серьезно 85, легко более 100 человек.
Непригодность артиллерии
к дальнейшему действию,
постепенное
наполнение судна через подводные
пробоины,
порча
рулевых приводов и большая убыль личного состава
убедили
в -полной невозможности вновь вступить в бой, и
не желая
дать неприятелю возможности одержать победу
над
полуразрушенным крейсером, на совещании всех офи-
церов
было решено уничтожить крейсер. Об этом коман-
дир
«Варяга» поехал сообщить командиру крейсера «Таль-
бот»,
который принял согласие на принятие части команды.
Немедленно приступили к
перевозке раненых на
при-
сланных
с иностранных судов шлюпках за непригодностью
своих.
Командир французского крейсера
«Паскаль»,
капитан
2 ранга
Сенес, прибыв на «Варяг», лично содействовал пе-
ревозке
раненых и команды, перевозка коих,
а главное,
переноска
их на шлюпках с лежащего на боку крейсера за-
няли
много времени, и только к 4 часам могли перевезти и
остальную
команду.
Когда команда покинула крейсер,
старший и трюмный
механики
с хозяевами отсеков открыли кингстоны и клапа-
ны и
затем отвалили с крейсера. Пришлось остановиться
на
потоплении вследствие представления иностранных ко-
503
мандиров
не взрывать судна, чтобы не подвергнуть опас-
ности на
узком рейде их корабли, а также и потому, что
крейсер
погружался все более и более в воду.
С последней партией команды был
отправлен часовой у
флага
боцманмат Петр Оленин, который оставался на посту
с начала
боя — на нем осколками было разорвано платье,
разбит
приклад у ружья, разорван сапог с
легкой раной
ноги.
Командир со старшим боцманом,
удостоверившись еще
раз в
отсутствии людей на судне, последним покинул крей-
сер в 3
часа 55 минут, сев на французский катер, который
ожидал
его у борта, вместе с командиром крейсера «Пас-
каль».
«Варяг», постепенно наполняясь
водою, продолжая кре-
ниться
на левый борт и гореть во многих местах, в 6 часов
10 минут
погрузился в воду на глубину десяти
сажен во
время
отлива [.1] . После
4 часов сообщения с крейсером не
было
вследствие настояния командиров иностранных судов,
ожидавших
входа японской эскадры на
рейд.
Командир
морской
канонерской лодки «Кореец», получив извещение
от
командира «Варяга» о принятом решении ввиду безыс-
ходного
положения, по общему согласию офицеров, взорвал
лодку.
Капитан парохода «Сунгари», по
соглашению с агентом
пароходства,
сжег свой пароход.
Свезенная команда
распределилась:
На французский крейсер «Паскаль» —
часть команды
«Варяга»; вся команда «Корейца»;
впоследствии прибыв-
шие обе
миссии и охрана, состоявшая из части команды
броненосца
«Севастополь», фельдшера, 11 казаков и 2
стрелков.
На английский крейсер
«Тальбот» — часть
команды
«Варяга»; команда парохода
«Сунгари».
На итальянский крейсер
«Эльба» — часть команды «Ва-
ряга».
Американский авизо
«Виксбург» отказался принять лю-
дей для спасения от потопления за
неимением разрешения
от своего министерства, также он
отказался подписать про-
тест иностранных
командиров.
Впоследствии
командиры иностранных судов
получили
от своих
посланников одобрение и благодарность за их дей-
ствия.
Ввиду того что перевозка раненых
заняла очень много
времени при участии всего личного состава, с
перевозкой
остальной команды пришлось спешить,
вследствие требова-
ния командиров окончить погрузку до 4
часов дня. Были
взяты судовые документы и командой —
малые чемоданы.
Офицеры же, занятые перевозкой раненых и
исполнением
своих обязанностей, не успели захватить
вещей — как ко-
мандир, так и офицеры потеряли решительно
все свое иму-
щество, бывшее на
крейсере.
С полным убеждением можно
сказать, что «Варяг» бла-
годаря удивительной стойкости,
беззаветной храбрости и бе-
зупречному исполнению долга офицерами и командой с
достоинством поддержал честь
русского флага,
исчеопал
все средства к прорыву, не дал
возможности одержать по-
беду неприятелю, нанеся ему много убытков
и вреда, и спае
оставшихся людей, не сдав ни судна, ни
команды.
3 февраля крейсер «Паскаль»
ушел из Чемульпо для
доставки команды в «Сайгон», откуда она
возвратилась в
Россию...
В.
Руднев.